Психология школьной дедовщины

Автор: Никонова Ольга, Частинская средняя
школа, 11 класс
Детский (подростковый)
психолого-педагогический центр

Руководитель: Григорьев Юрий Григорьевич,
педагог доп. Образования

г. Частинск

Моя гипотеза

В последнее время много говорится и пишется о «дедовщине» в армии и на флоте, о криминализации в обществе. Но откуда это все берется? - этот вопрос, наверное, хоть однажды задавал себе каждый. Эти люди учились в наших школах, учились у наших учителей и, наверное, школа тоже вносит свой вклад в это дело. И я решила проверить свою гипотезу посредством анализа литературы, периодической печати, изучения данного вопроса методами анкетирования, бесед, наблюдений учащихся моей родной школы.

Первый вывод который я сделала - проблема школьной дедовщины совершенно не изучена и является белым пятном в педагогике и психологии. Результаты превзошли все мои мыслимые и немыслимые ожидания. Если бы кто-нибудь меня раньше спросил по поводу дедовщины в школе, то я бы ответила отрицательно. Я была в этом уверена на все сто процентов. Испытав шок, изучая данный вопрос, я с ужасом говорю: «Школа живет по законам зоны». И это действительно так. Я попытаюсь это доказать в своей работе.

Криминальная субкультура. Есть ли она в школе?

Зайдите, например, в туалет школы, в некоторые ее классы и вы увидите исчерпывающие сведения о том, «кто есть кто»: Коля Ветров - «плебей». Толя Семенов - «бык», Сережа Круглов - «пацан», а Веня Астахов - «чушка» и т. д. Думаю многие видели эти и другие «шедевры» настенной, «напартной» и «назаборной» печати или татуировки ребят, слышали, как они обращаются друг к другу не по имени, а по кличкам, говорят друг с другом на своем «языке».

Непосвященный человек не обратит на это внимание. Подумаешь, детские шалости. Но чаще всего это тревожный сигнал о неблагополучии, свидетельство того, что в данном учебном заведении существует криминогенная обстановка. Может быть даже уже действуют криминогенные сообщества со своими нормами, ценностями и атрибутами. В науке это называется асоциальной или криминогенной субкультурой (Суб - Лат. Sub-под. Первая составная часть слов, обозначающая: 1) расположенный внизу, под чем-либо или около чего-либо; 2) подчиненный, подначальный; 3) не основной, не главный (см. Словарь иностранных слов — М., 1979. С. 488)). Следовательно, любая субкультура — это часть культуры общества, стоящая около основной культуры, зависящая от нее. Можно говорить о молодежной субкультуре, субкультуре определенных социальных слоев, криминальной субкультуре.

В социологии термин «субкультура» используется давно, но об асоциальной и, тем более, криминальной субкультуре в нашем обществе заговорили совсем недавно.

Наверное каждый согласится, что нельзя совершить преступление, насилие ни с того ни с сего.

Часто предварительно вынашиваются планы, выдвигаются цели. Человек внутренне психологически готовит себя к тому, чтобы переступить запретную черту, стараясь заглушить голос совести, оправдать свои действия, отыскать в себе и ближайшем окружении некую точку опоры. Без этого невозможно существование.

Криминальная субкультура — объективная реальность, которую необходимо изучать и знать. Это позволит разрушить первичные стереотипы нашего мышления при изучении подростковой и молодежной преступности, понять внутренние законы воспроизводства преступности подростков и молодежи в обществе, наконец, осознать, что дедовщина в школе есть и процветает.

Многие могут сказать: «Ну хорошо, специалистам, например, работникам правоохранительных органов, спецшкол, спецПТУ, воспитательно-трудовых колоний, следственных изоляторов или приемников распределителей знания о механизмах возникновения и закономерностях функционирования криминальной субкультуры необходимы. Но зачем они учителям, классным руководителям общеобразовательных школ, всем нам? Для того, чтобы увидеть раннюю стадию «сорняков культуры», осознать их опасность и понять, как с ними бороться.

Криминальная субкультура отличается от обычной подростково-юношеской субкультуры, асоциальным и криминальным содержанием, ярко выраженными тоталитарными способами влияния на поведение людей. Благодаря своему эмоциональному и игровому характеру, налету таинственности и необычности, ложной романтике, она легко усваивается и быстро распространяется прежде всего в среде педагогически запущенных подростков и молодежи. В обычных условиях местами ее функционирования являются школьные и училищные туалеты, подъезды домов, подвалы, чердаки, отдаленные скверы, отдельные строения, а также потаенные места, слабо контролируемые официальными властями. В каждом населенном пункте может быть несколько таких мест, известным подросткам и молодежи и получивших на их жаргоне название «тусовки».

В школе существуют криминальные сообщества подростков и молодежи, неотягощенные преступными традициями, создающих свои нормы, ценности, исходя из потребностей сегодняшнего дня.

Усвоение норм и ценностей криминальной субкультуры является своеобразной формой самоутверждения личности, по каким-либо причинам не получившей признания или неудовлетворенной своей социальной ролью в системе официальных отношений. В условиях всеобщей неудовлетворенности жизнью приобщение к криминальной субкультуре проходит сравнительно быстро и является способом компенсации неудач, постигших подростка и молодого человека в системе отношений: в семье, школе, ПУ, армии, трудовом коллективе.

Что же такое дедовщина?

Суть «дедовщины» заключается в постепенном превращении «чужого» (новичка), вступающего в данное сообщество в «своего». При «дедовщине» главный критерий такого превращения из «чужого» в «своего» - это срок нахождения лица в данном сообществе: в армии - это год службы, в ПУ - это год обучения (курс), в исправительных заведениях - срок отбытого наказания, в детских домах и интернатах — время прожитое в данном учреждении. Обычно превращение «чужого» в «своего» в любых системах и учреждениях с ограниченным сроком происходит по «отбытии» половины этого «срока». Так, в армии «своим» становится солдат отслуживший год, после перехода в категорию «черпак», в ПУ учащийся становится «своим» на втором курсе обучения. Совсем «своим» становится лицо, когда в армии оно прослужило больше половины срока, точнее срока службы и получает наименование «дедок». «Дедок» еще не «дед», но уже и не «черпак», «дедом» он станет несколько позже. В ПУ совсем «своим» становится учащийся на третьем году обучения.

Градация «на «свой» — «чужой» в некоторых ситуациях очень подвижная и может изменяться, если данному сообществу угрожает вторжение абсолютно «чужих». Тогда и солдат первого года службы и учащийся 1 курса обучения в ПУ будут для «дедов» данного подразделения или общежития «совсем своими».

Это превращение «чужого» в «своего» сопровождается самой изощренной системой жестких испытаний (издевательств, унижений, избиений, поборов, выполнением «тяжелой» и «грязной» работы за «дедов». Разные люди по-разному проходят эти испытания. Одни быстрее становятся «своими», занимая существующую позицию в общности. Их статус достаточно высокий, другие, неудачно прошедшие испытания («прописку»), отбрасываются вниз, в число отверженных. Такое расслоение подростков и юношей на первом этапе вхождения в группу (в новое сообщество) зависит от ряда факторов: умения личности постоять за себя, проявления воли, сообразительности, находчивости, изворотливости; наличие в данном сообществе из числа стариков (дедов) лиц, которые знают и могут поручиться за новичка; отсутствие сведений из личной биографии, дискредитирующих данного учащегося и др.

Анализ литературы по данному вопросу позволяет сделать вывод о том, что сложившимися элементами дедовщины являются: деление людей на «своих» и «чужих», прописка, употребление алкоголя, жесткое определение статуса личности, самоуправство (избиение, унижение новичков), постановка должников на счетчик, поборы (вещевые, продуктовые, денежные), принуждение делать за себя работу, азартные игры, наличие общих девочек. Дедовщина есть везде, где есть разница в возрасте или сроках пребывания в данном учреждении. В данном случае она является своеобразной сердцевиной субкультуры, служит одним из психологических механизмов криминализации общежитейской субкультуры.

Дедовщина зиждется на разнице возрастов новичков и «дедов». Еще Я. Корчак отмечал эту особенность: «Я убедился, что среди детей существует целая иерархия, где старший имеет право помыкать ребенком моложе его на два года (или хотя бы не считаться с ним), что самоуправство точно варируется от возрастов воспитанников».

Таким образом, дедовщина имеет психологический механизм воспроизводства: пережитое в прошлом унижение, когда учащийся был новичком в данном сообществе, и стремление взять реванш за эти унижения. При этом каждое новое поколение «дедов» старается вносить что-то новое в дедовщину: новые способы унижения, издевательств, поборов, притеснений новичков.

Обязательным элементом дедовщины является особое проведение досуга связанное с употреблением алкоголя и общими девочками, посещение дискотек, азартные игры. Новичков заставляют покупать алкоголь или платить, так называемый «алкогольный налог», новички не имеют права дружить с девочкой, если она приглянулась кому-то из «старичков».

Вместе с тем, употребление наркотиков не является элементом дедовщины. Возникновение группы наркоманов - это самостоятельная проблема общежития. Группирование там идет на другой основе — пристрастия к наркотикам. Поэтому группа наркоманов может объединять учащихся разных возрастов. Хотя в самой группе наркоманов есть своя строгая иерархия.

Мои исследования.

Конфликты в школе между детьми, к сожалению, дело обычное. Но учителя и школьные психологи не должны относиться к этому как к нормальному явлению. Конфликты переходят в насилие, некоторые ученики становятся изгоями, что приводит к тяжелым психологическим травмам.

Сегодняшняя школа часто настолько загружена проблемами материально-технического обеспечения, что на все остальное, включая детское насилие, просто не хватает времени. Самое тревожное, что к этому все притерпелись, и если борются, то не с насилием, а с обидчиками.

Поколение за поколением оказываются прожитым, простеганным насилием. Родители, которые получали подзатыльники, с той же щедростью раздают их собственным детям. А если они все же бережно относятся к ним, то вовсе не против, когда дерутся в школе. «Неприятно, если моего ребенка поколотят, но что поделать? Меня тоже колотили и, как видите вырос. По крайней мере, нужно научиться сдавать сдачи», - типичные рассуждения многих взрослых.

Давать сдачи - это даже не удвоение насилия, а возведение его в квадрат. В школе всегда старшие бьют младших, а сильные слабых, и никогда наоборот. Дать сдачи - значит подвергнуться вслед за этим большему насилию, зачастую опасному для здоровья.

С целью изучения вопроса о том как покончить с насилием в школе я провела исследование - изучила мнение двух групп: учащихся (500 человек) и учителей (50 человек).

В анкете физическое насилие определилось как побои, единичные удары, некомфортный физический контакт и т. п. Словесное, или вербальное, насилие -это угрозы, оскорбления, обидные клички или попросту игнорирование.

55% учащихся заявили о том, что подвергались в той или иной форме физическому насилию. Но никто из них не обращался за медицинской помощью из-за чувства собственного достоинства.

Существует распространенное заблуждение, что большинство актов насилия происходит среди мальчиков. На самом деле это не так. Среди девочек насилия не меньше. 96% из опрошенных девочек подвергались той или иной форме насилия. Учителя говорят о трех наиболее важных путях решения этой проблемы:

- ужесточить дисциплину (60%);

- улучшить надзор и контроль (47%);

- обсуждать проблему насилия (54%);

Ученики полагают иначе: за обсуждение проблемы — 64%; ужесточить надзор требует 98%.

Конечно, ужесточение дисциплины необходимо. Насилие непременно должно быть объявлено несовместимым со школьными нормами. Но не менее важны и воспитательные усилия, которые должны сочетаться с контролем. Большинство взрослых респондентов утверждают: случаи детского насилия происходят в основном вне школьного здания, в плохо контролируемых местах. По мнению же учеников и сами школы становятся более опасными местами. Сами учителя так же оценивают эту опасность и 94% разделяют опасения своих учеников.

Мое предложение о том, что в школе есть все признаки дедовщины подтверждают данные анкетирования. Результаты превзошли все мои ожидания. Привожу анкету и итоговые результаты (в процентах).

Дорогой друг! Мы обращаемся к тебе с просьбой искренне ответить на наши вопросы. Поставьте знак «+» в той колонке, где ваш ответ совпадает с указанным:

Есть ли в школе:	Да	Нет	Не знаю
1 - деление на «своих» и «чужих»?	72	17	12
2 - употребление алкоголя?	39	51	12
3 — самоуправство (избиения, унижения новичков)?	35	43	25
4 - постановка должников на счетчик (Например, возврат взятых взаймы денег с процентами за каждый просроченный день)?	20	42	42
5 - поборы (вещевые, продуктовые, денежные)?	22	49	34
7 - азартные игры?	38	52	25
8 - наличие общих девочек?	26	30	44
9 - клички, прозвища?	82	7	14

Почему дедовщина есть в школе?

Общей, главной причиной наличия «дедовщины» в школе является, на мой взгляд, отсутствие в ней многокультурного образования. Как хотелось бы, чтобы в уставы школ был включен принцип многокультурности, выраженный фразой: «Школа не дискриминирует на основе расы, религии, цвета, рода, пола, половой ориентации, возраста, национальной или этнической, принадлежности, языковых, физических и умственных различий». Однако о педагогике толерантности в сегодняшней школе приходится только мечтать.

Вполне понятно, что школа не может разрешить политические, экономические, этнические и другие конфликты и проблемы, но она должна помочь нам, школьникам, понять, осознать и оценить нашу собственную культуру, культуру одноклассников, учителей, родителей, взрослых. При этом мы должны научиться видеть мирные пути решения проблем. Замалчивать в школе культурные проблемы и конфликты — значит способствовать их воспроизводству в социальной среде. Кроме этого нужно учитывать и то, что существует такое понятие, как «скрытое содержание образования». Например, можно часто слышать: «Мальчики не должны обижать девочек». А что - они должны обижать мальчиков, взрослых, стариков? Правильнее научить ребенка понимать, что никто никого не должен обижать. Другой стереотип, который можно услышать: «Девочки не дерутся», предполагает, что дерутся только мальчики. В этом случае также гуманней объяснить детям, что драка не лучший способ разрешения конфликтов, и дерется тот, кто не знает, как рационально разрешить проблему. То же самое можно сказать о стереотипах «Так девочки себя на людях не ведут», «Так мальчики себя на людях не ведут», ибо нормы поведения, законы, регламентирующие поведение человека в обществе, не адресованы отдельно мужчинам и женщинам: перед законом все равны. Когда нужно что-то нести, учитель может сказать: «Кто из мальчиков может помочь?» вместо обращения ко всем ученикам: «Кто хочет помочь?» (речь, естественно не идет о неподъемных тяжестях).

Некоторые выводы

Криминальная революция в России, факт, не требующий доказательств. Лексикон обыкновенного законопослушного гражданина пополнялся оборотами из «фени», «блатная» тематика чрезвычайно популярна, как на эстраде, так и на телевидении.

Примеру старших стали следовать и дети. Современная школа переняла все, чем «богат» криминальный мир, сленг, систему взаимоотношений между людьми.

Конечно криминализация школьной среды это социальное явление, корни которого глубоко в истоках нынешнего состояния страны. Но теперь уже всем

понятно, что уже никогда не запретить обвальный рост количества детективной литературы, детективных кинофильмов и видеофильмов и т. п. Поэтому нужно воспитывать, я бы сказала, формировать культуру человека и роль школы в этом не только очевидна, но и огромна. Школа постепенно становится зоной самой большой опасности.

Десятки показателей характеризуют школу - успеваемость, наполняемость, выпускаемость, но все они ничего не стоят, если хотя бы один из нас идет в нее с опаской. Школа должна научить нас быть добрыми. Можно только сожалеть, что ни многочисленные научно-исследовательские учреждения в своих бесчисленных статьях и трактатах, ни педагоги на своих совещаниях всерьез не обсуждают этот злободневный вопрос о школьной дедовщине.

Поэтому и хочется верить, что моя работа внесет незначительный вклад в решение данной проблемы.

Список литературы

1. Авдеев К. Лекарство от тусовки //Комсомольская жизнь. 1989. №13-14.

2. Адамский А. Насилие в школе //Первое сентября. №31. 1999.

3. Айрапетова Н. Подвал //Собеседник. 1991. №2.

4. Алмазов Б.Н. Психологическая средовая дезадаптация несовершеннолетних. Свердловск, 1986.

5. Алмазов Б.Н. Профилактика конфликтов в работе с педагогически запущенными учащимися. М.: Изд. ВНМЦ ПТО, 1991.

6. Антонова С. Урок на траве. Заметки из летнего лагеря скаутов //Известия. 1990. №3.

7. Арзуманян С.Д. Микросфера и отклонения социального поведения детей и подростков. Ереван, 1980.

8. Бабошкин А. Обыкновенный нацизм //Мегаполис - Экспресс. 1999, №44.

9. Байбурин А.К., Кон И.С. Этнические стереотипы мужского и женского поведения. - СПб.: Наука, 1991. Ю.Баранов Г., Обухов Д. Леночка - тихоня, отличница, бабочка //Неделя. 1994, №7.

10. Баранов Г., Обухов Д. Леночка – тихоня, отличница, бабочка //Неделя. 1994, №7.

11. П.Башкатов И.П. Социально-психологические особенности развития криминогенных групп //В кн.: Психология и профилактика асоциального поведения несовершеннолетних, Тюмень, 1985.

12. Башкатов И.П. Психология групп несовершеннолетних правонарушителей. М: Прометей. 1993, гл. V.

13. Величева С.А. Основы превентивной психологии М.: Консорциум «Социальное здоровье России», с. 125-184.

14. Белая Т. Тарабарщина //Комсомольская правда. 1991,20 апреля.

15. Богуславский М. Банальности и откровения национальной доктрины развития российского образования //Педагогический калейдоскоп. 1997. №44.

16. Ворохов А. Д., Губин В.А. Методы экспресс-диагностики отклоняющегося поведения лиц призывного возраста. Л.: 1990.

17. Буянов М.И. Ребенок из неблагополучной семьи. М.: Просвещение, 1988, 207с.

18. Великанова Л.В. В интернат не вернусь //Литературная газета. 1991. 24 июля.

19. Вельможин В. Пятнадцать копеек. Первое сентября, №122, 1994.

20. Волков Г.Н. Этнопедагогика—М,: Педагогика 1979.

21. Вайзман Н., Зарецкий В. В одну упряжку впрячь несложно.. .//Учительская газета, 1998. №42.

22. Гукасян Н. Кто за новенького //Профессионально-техническое образование. 1990. №5.

23. Гуров А.И. Безопасность наших детей //Совершенно секретно. 1995, №11.

24. Данисевич О. Приют от насилия //Медицинская газета. 1990. 8 июля.

25. Дмитриев Г.Д. Всем сестрам по серьгам, или учебный стиль ученика: как с ним работать //Школьные технологии. 1998. №4.

26. Дмитриев Г.Д. Многокультурное образование. М., Народное образование. 1999.

27. Кон И.С. От подавления к приручению //Мир образования, 1997. № 3, 4.

28. Долгова А.И. Социально-психологические аспекты преступности несовершеннолетних. М.: 1981.

29. Долгова А.И. Проблемы профилактики криминогенных групп несовершеннолетних //Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 32, М.: ВНИИСЗ, 1980.

30. Забрянский Г.И. Механизм формирования антисоциальных подростковых и юношеских групп: Криминологи о неформальных молодежных объединениях. М.: 1990.

31. Заика Е.В., Крейдун Н.П., Ячина А.С. Психологические характеристики личности подростка с отклоняющимся поведением //Вопросы психологии. 1990. №4, С.83-90.

32. Как защищать детей и школу от жестокости //Первое сентября от 08.12.94г.

33. Кондратьев М.Ю. Социально-психологическая диагностика личностных отношений подростков //Социально-психологический диагностико-коррекционный инструментарий. М.: 1993.

34. Кондратьев М.Ю. Подросток в системе межличностных отношений закрытого воспитательного учреждения. Монография. М.: Федеральный институт социологии образования. 1994.

35. Кондратьев М.Ю. О лидерстве в противоправном сообществе несовершеннолетних //Психолого-педагогические условия повышения эффективности воспитательной работы по предупреждению правонарушений среди учащейся молодежи. Киев: 1980.

36. Кофырин Н.В. Проблемы изучения неформальных групп молодежи //Социологические исследования. 1991. №1.

37. Красиков И. Дом, в котором плохо всем //Труд. 1991. №1.

38. Кривельская Н. Сомнабула тихого города //Щит и меч. 1991. №5.

39. Криминальная мотивация. Сб. научных трудов //Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. М.: 1986.

40. Кулик В. Конкурентов пытали в подвале //Щит и меч. 1991. №7.

41. Ланин Б. Как избежать насилия в школе. Школьный психолог №33. 1998.

42. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. М.: Медицина, 1983,256 с.

43. Социально-неблагополучная семья: проблемы и поиски путей решения. Сб. материалы научно-практической конференции. Под ред. В.Ф. Пирожкова и др. Ступино. 1995,152.

44. Пирожков В.Ф. Законы преступного мира молодежи. Криминальная субкультура. Тверь. Изд. Приз. 1994.

45. Пирожков В. Подросток и преступность. Стоп-кадр.//Профессионально-техническое образование. 1989.

46. Пирожков В. О психологических причинах воспроизводства подростковой преступности //Психологический журнал. 1995. т. 16. №2.

47. Пирожков В.Ф. Криминальная субкультура: психологическая интерпретация функций, содержания, атрибутики //Психологический журнал. 1994. Т. 15., №2.

48. Попов И. Как избавиться от клички? //Аргументы и факты. 1993. №23.

49. Попов И., Захаров Д., Шахба В. «Братва» из пятого «Б». Школа - рассадник преступности //Аргументы и факты. 1995.

50. Роднарев А. Молчание ягнят //Московский комсомолец. 1994. 10 января.

51. Рувинский Л. Дедовщина. Педагогический вестник. №7. 1999.

52. Сальникова З.В. Молодежная культура: «за» и «против». Заметай социолога. Л.: 1990.

53. Сколько лет «дедовщине»? //Ориентиры ТАСС. №5. 1989.

54. Словарь иностранных слов. М., 1979. С. 448.

55. Слово и культура //Под ред. Т.А. Агапкина. М.: Индрик, 1998. T.I.

56. Соковня И. Девочки — мальчики, женщины — мужчины //Директор школы. 1993. №4.

57. Солонина Г. Школа живет по законам зоны. Учительская газета. 1998.

58. Токсамбаев Асхат. Хуже комнаты пыток //Учительская газета. 1998. 19 октября.

59. Ученик 10-го класса. Чувствую, что мне придется кого-то убить //Аргументы и факты. 1992. №52.

60. Черепанова Т. «Я ненавижу себя» //Пермские новости №61. 1999.

61. Шарова Е. Если ребенка дразнят //Педагогический вестник №12. 1999.

62. Шарова Е. Изгои //Педагогический калейдоскоп. №46. 1998.

63. Ямбург Е. Школа для всех. М., Новая школа, 1997.